Электронная версия журнала

Проведение ГЭЭ новой техники или технологии: реалии и перспективы

«Справочник эколога» №10 2021 / Разработка и согласование экологической документации

Одним из объектов государственной экологической экспертизы (далее — ГЭЭ) являются проекты технической документации на новые технику, технологию, использование которых может оказать воздействие на окружающую среду, а также технической документации на новые вещества, которые могут поступать в природную среду[1]. К сожалению, действующее законодательство не содержит критериев, позволяющих однозначно определить, что следует считать новой техникой или технологией.

Позиция Минприроды и решения судов

Уже достаточно долго в практике работы Росприроднадзора используются разъяснения, данные Минприроды России еще в 2011 г.: «под новой понимается впервые предлагаемая к использованию на территории РФ и прошедшая апробацию технология»[2]. Эти разъяснения признаются актуальными до настоящего времени (в частности, практически в неизменном виде они содержатся в письме Минприроды России от 07.10.2020 № 05-12-44/26282).

 

На наш вопрос, что следует понимать под «апробацией», Минприроды России еще в 2015 г. ответило: «проверка на практике, в реальных условиях теоретически построенных методов, расчетов, схем, моделей процессов» (письмо от 01.12.2015 № 12-47/30129).

Подобная неопределенность в некоторых случаях приводит к коллизиям, например, в судебной практике встречались случаи, когда предприятиям предъявлялось требование о проведении ГЭЭ в связи с тем, что технология является «новой», поскольку впервые применяется на конкретном предприятии и является «новой» именно для этого предприятия, несмотря на ее применение на других предприятиях.

Как правило, суды принимают сторону промышленных предприятий в связи с недоказанностью надзорными органами новизны технологий[3].

Не в пользу предприятий решения принимаются зачастую в случаях, когда технология, не являющаяся сама по себе новой, применяется с отступлением от общего порядка использования.

 

Судебная практика

Суд апелляционной инстанции, отменив решение суда первой инстанции, сделал вывод, что заявленное Обществом оборудование предназначено исключительно для дробления твердых отходов, тогда как соискателем заявлено об утилизации отходов, имеющих агрегатное состояние «пыль», «паста», отходов из ткани и латексных изделий, а использование дробительной машины для других целей будет рассматриваться как использование не по назначению.
Поскольку Общество не представило доказательств того, что оборудование фактически может использоваться без ущерба для своего функционального назначения при измельчении вышеназванных агрегатных состояний отходов, дело было проиграно (см. Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 03.06.2021 по делу № А05-7924/2020).

 

Очевидно, что в отсутствие уточнений требований законодательства в части порядка идентификации объектов ГЭЭ подобные споры будут продолжаться.

Перспективы правоприменения

Обратим внимание на некоторые перспективы правоприменительной практики, связанной с рассматриваемыми объектами ГЭЭ.

 

[1] Подпункт 5 ст. 11 Федерального закона от 23.11.1995 № 174-ФЗ «Об экологической экспертизе» (в ред. от 02.07.2021; далее — Федеральный закон № 174-ФЗ).

[2] См. письмо Минприроды России от 13.05.2011 № 05-12-44/7250 «О проведении государственной экологической экспертизы проектов технической документации на новые технику, технологию».

[3] См., например, Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 15.02.2019 по делу № А38-2769/2018.

Д.М. Мишуков, директор Юридического центра промышленной экологии

Материал публикуется частично. Полностью его можно прочитать в журнале «Справочник эколога» № 10, 2021.