Пять неудобных вопросов о системе дистанционного контроля промышленной безопасности

Постановление Правительства от 02.03.2026 № 213 ввело мониторинг в состав специального режима государственного контроля. Системы дистанционного контроля промышленной безопасности (СДК ПБ) из эксперимента превратились в инструмент осуществления контрольно-надзорных мероприятий. Нормативная база сформирована, механизм запущен в добровольном порядке.

Однако за рамками официальных формулировок остается ряд принципиальных вопросов, определяющих реальное место СДК ПБ в системе обеспечения промышленной безопасности. Рассмотрим их.

На техническом уровне ответ достаточно очевиден и был зафиксирован в целях эксперимента, установленных Постановлением Правительства РФ от 31.12.2020 № 2415. В числе заявленных целей прямо указаны апробация динамической модели риск-ориентированного подхода, определение эффективности технологий сбора и аналитической обработки информации о состоянии промышленной безопасности и технологических процессах, оперативная оценка рисков возникновения аварий и передача информации в Ростехнадзор.

Иными словами, СДК ПБ изначально проектировалась как инструмент, работающий на снижение вероятности аварийного события. Непрерывный мониторинг параметров технологического процесса, контроль срабатывания систем противоаварийной защиты, анализ трендов и отклонений позволяют обнаружить развитие опасной ситуации на ранней стадии, когда вмешательство позволяет исключить угрозу либо без остановки производства, либо с контролируемой остановкой, не допуская развития аварийного сценария.

Кроме того, данные СДК ПБ формируют объективную доказательную базу для расследования причин инцидентов и аварий. Фиксация последовательности событий, хронологии срабатывания защит и действий персонала позволяет установить причины происшествия, что в конечном счете работает на предотвращение повторения аналогичных ситуаций.

Таким образом, с технической точки зрения СДК ПБ положительно влияет на промышленную безопасность, позволяет снизить вероятность аварии и повысить качество анализа инцидентов и аварий.

Ответ на этот вопрос требует обращения к эволюции понятия «приемлемый риск» в регулировании.

В Методических указаниях по проведению анализа риска опасных производственных объектов (РД 03-418-01)[1] приемлемый риск определялся как риск, уровень которого допустим и обоснован исходя из социально-экономических соображений. Риск эксплуатации объекта является приемлемым, если ради выгоды, получаемой от эксплуатации объекта, общество готово пойти на этот риск.

Этот подход известен как концепция ALARP — «настолько низко, насколько это разумно достижимо». Ключевым элементом этой конструкции являлась возможность учета социально-экономических факторов, когда эксплуатирующая организация могла бы обосновать, что дальнейшее снижение риска требует неоправданно высоких затрат, следовательно, текущий уровень риска является приемлемым.

В действующих Методических основах анализа опасностей и оценки риска аварий на опасных производственных объектах[2] ситуация принципиально иная. Допустимый риск определяется как риск, который в данной ситуации считают приемлемым при существующих общественных ценностях. Приемлемый и допустимый риск отождествлены, прямая зависимость от социально-экономических факторов исключена.

Практическим следствием данного изменения является то, что эксплуатирующая организация лишена легальной возможности самостоятельно обосновать достаточность достигнутого уровня безопасности. Приемлемый риск в текущей нормативной парадигме достигается исключительно через соблюдение федеральных норм и правил (ФНП). Выполнение требований ФНП = обеспечение допустимого уровня риска. Отступление от требований ФНП возможно только через процедуру обоснования безопасности.

СДК ПБ, являясь добровольным инструментом, не входит в перечень обязательных требований ФНП (за исключением объектов угольной промышленности, где МФСБ с передачей данных в Ростехнадзор предусмотрена отраслевыми правилами). Следовательно, ее наличие или отсутствие не влияет на формальную оценку уровня риска. Даже самая совершенная система дистанционного контроля не освобождает от обязанности соблюдать ФНП в полном объеме и не изменяет правовой статус эксплуатирующей организации в части оценки достаточности мер безопасности.

Прямое влияние отсутствует из-за структуры расчета страховой премии по обязательному страхованию гражданской ответственности владельца ОПО[3].

Размер страховой премии определяется как произведение страховой суммы на базовую ставку и корректирующие коэффициенты. Страховая сумма для объектов, подлежащих декларированию, рассчитывается исходя из максимально возможного количества потерпевших (МВКП) для наихудшего сценария аварии. Порядок определения вреда и МВКП, утвержденный НССО и согласованный профильными ведомствами, ориентирован исключительно на величину потенциального ущерба, а не на вероятность аварийного события.

Как мы уже писали, СДК ПБ снижает именно вероятность аварии и повышает качество расследования, но не влияет на радиус зоны поражения, количество персонала в зоне поражения и иные параметры, определяющие максимальный ущерб. Для наихудшего сценария, несмотря на наличие СДК ПБ, МВКП остается неизменным.

Формально п. 1.7.1 Положения ЦБ РФ № 574-П[4] допускает пересмотр страховой премии при снижении риска. Однако на практике этот механизм работает иначе: премия снижается после предоставления доказательств наличия технических и организационных барьеров, нацеленных на минимизацию последствий аварии. СДК ПБ, снижающая вероятность события, под это обоснование не подпадает.

Влияние на КНД является единственным нормативно закрепленным на сегодняшний день последствием внедрения СДК ПБ и использованием ее в рамках специального режима «мониторинг».

Наличие заключенного соглашения о мониторинге является отдельным критерием оценки добросовестности эксплуатирующей организации[5]. Для организаций, соответствующих данному критерию, установлена следующая периодичность плановых выездных проверок (п. 12 Положения):

• в отношении ОПО I или II класса опасности — не чаще одного раза в течение двух лет (вместо одного года);

• в отношении ОПО III класса опасности — не чаще одного раза в течение четырех лет (вместо трех лет).

Но, несмотря на наличие СДК ПБ, не меняются основания для проведения внеплановых проверок, не снижаются требования к составу и содержанию производственного контроля, не сокращается перечень документов, подлежащих представлению при проверках.

Таким образом, влияние СДК ПБ на КНД ограничивается увеличением интервала между плановыми выездными проверками и не затрагивает иные аспекты взаимодействия с надзорными органами.

СДК ПБ является технически эффективным инструментом, который позволяет:

• снизить вероятность аварийного события за счет раннего обнаружения отклонений и превентивного оповещения;

• сформировать объективную доказательную базу для расследования инцидентов и аварий;

• повысить прозрачность производственных процессов и качество управленческих данных.

Однако внедрение СДК ПБ:

• не изменяет объема обязательных требований ФНП и не освобождает от их выполнения;

• не влияет на формальную оценку уровня риска, допустимый уровень которого по-прежнему определяется исключительно соблюдением ФНП;

• не создает оснований для снижения страховой премии по Федеральному закону № 225-ФЗ при действующем порядке определения вреда и МВКП;

• предоставляет ограниченные регуляторные послабления в виде увеличения интервала между плановыми выездными проверками.

СДК ПБ опирается на уже существующую автоматизацию и информатизацию производства. В текущей нормативной парадигме ее следует рассматривать не как инструмент получения немедленных регуляторных или экономических преференций, а как элемент перспективной цифровой инфраструктуры предприятия, ценность которого реализуется через внутренние эффекты, такие как сокращение внеплановых простоев, повышение культуры безопасности, накопление данных для управленческих решений.

Резюме

Подводя итог, можно сказать, что СДК ПБ сегодня находится в парадоксальной ситуации. С одной стороны, необходимая нормативная база создана, режим мониторинга легализован, цели и задачи зафиксированы. С другой стороны, экономические и регуляторные стимулы, способные превратить СДК ПБ из добровольной опции в осознанный выбор, пока не сформированы.

В этих условиях наиболее разумной стратегией представляется не форсированное внедрение ради внедрения, а последовательное наращивание цифровой зрелости предприятия через модернизацию АСУТП и АСУП, систематизацию данных, выстраивание информационной инфраструктуры. Когда нормативная и экономическая среда дозреет до того, чтобы адекватно оценить вклад СДК ПБ в безопасность, те, кто уже прошел этот путь, смогут подключиться к новым механизмам быстро и с минимальными издержками.

И конечно, стоит параллельно наблюдать, анализировать проекты НПА, участвовать в обсуждениях и помнить, что безопасность, в конечном счете, не сводится к соблюдению формальных требований, даже если именно они сегодня задают границы допустимого риска.