Апелляционное определение СК по гражданским делам Московского областного суда от 30 января 2019 г. по делу N 33-3896/2019

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:
председательствующего судьи Бекловой Ж.В,
судей Гулиной Е.М, Мизюлина Е.В,
при секретаре Томилове В.И,
рассмотрев в открытом судебном заседании 30 января 2019 года апелляционную жалобу Тарасовой Р.Ю. и апелляционное представление Раменского городского прокурора на решение Раменского городского суда Московской области от 25 октября 2018 года по делу по иску Тарасовой Р.Ю. к Муниципальному дошкольному образовательному учреждению Детский сад комбинированного вида N76 о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов,
заслушав доклад судьи Бекловой Ж.В.
объяснения представителя истца, представителей ответчика, помощника Московского областного прокурора Ищенко Е.И,
УСТАНОВИЛА:
Тарасова Р.Ю. обратилась в суд с иском к Муниципальному дошкольному образовательному учреждению Детский сад комбинированного вида N76 и, с учетом уточнения требований, просила признать незаконным увольнение приказом от 14 августа 2018 года по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ, восстановить её на работе в должности учителя-логопеда, взыскать средний заработок за период вынужденного прогула, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей.
Требования мотивировала тем, что с 1 сентября 2017 года состояла с ответчиком в трудовых отношениях, работала учителем-логопедом.
Работодатель оказывал на неё психологическое давление, принуждал к увольнению по собственному желанию под угрозой применения мер дисциплинарного взыскания. Не выдержав такого прессинга, она написала заявление об увольнении по собственному желанию с открытой датой.
В последующем поставила на заявлении дату его подписания - 9 июня 2018 года и дату, с которой просила уволить с работы, 31 августа 2018 года. Одновременно с заявлением на увольнение по собственному желанию 9 июня 2018 года она написала заявление на предоставление отпуска по графику, с 1 августа 2018 года по 31 августа 2018 года.
До истечения срока увольнения, 30 августа 2018 года она отозвала свое заявление об увольнении, направив его в адрес ответчика по почте заказным письмом с уведомлением.
Её заявление ответчиком проигнорировано, к рабочему месту её не допустили. У неё отобрали ключи от кабинета. Шкаф, в котором находились её личные вещи, был взломан, вещи выброшены на пол.
C увольнением по приказу от 14 августа 2018 года не согласна.
Ответчик иск не признал.
Решением Раменского городского суда от 25 октября 2018 года в удовлетворении иска отказано.
С решением не согласились истец и Раменский городской прокурор, обжалуют его в апелляционном порядке.
Проверив материалы дела, выслушав объяснения явившихся лиц, оценив доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, судебная коллегия находит решение подлежащим отмене как постановленное с нарушением норм материального и процессуального права.
В соответствии с ч.1 ст.195 ГПК РФ решение должно быть законным и обоснованным.
Согласно ч.1 ст.196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.
Как разъяснено в п.2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права.
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст.55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (п.3 постановления).
В мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах; доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства; законы, которыми руководствовался суд (ч.4 ст.198 ГПК РФ).
В силу положений ст.71, 195 - 198 ГПК РФ суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости.
В соответствии со ст.55, 56 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Настоящее решение суда указанным требованиям закона не соответствует исходя из следующего.
Согласно п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).
В соответствии со ст.80 Трудового кодекса РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.
По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.
В случаях, когда заявление работника об увольнении по его инициативе (по собственному желанию) обусловлено невозможностью продолжения им работы (зачисление в образовательную организацию, выход на пенсию и другие случаи), а также в случаях установленного нарушения работодателем трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальных нормативных актов, условий коллективного договора, соглашения или трудового договора работодатель обязан расторгнуть трудовой договор в срок, указанный в заявлении работника.
До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.
По истечении срока предупреждения об увольнении работник имеет право прекратить работу. В последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку, другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет.
Если по истечении срока предупреждения об увольнении трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, то действие трудового договора продолжается.
Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п.22 постановления от 17 марта 2004 года N2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснил, что при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части 1 статьи 77, статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.
Как установлено судом и подтверждается материалами дела, Тарасова Р.Ю. с 1 сентября 2017 года состояла с Муниципальным дошкольным образовательным учреждением Детский сад комбинированного вида N76 в трудовых отношениях, работала в должности учителя-логопеда.
9 июня 2018 года Тарасова Р.Ю. подала работодателю заявление, в котором просила уволить её по собственному желанию 31 августа 2018 года.
Одновременно с заявлением на увольнение по собственному желанию 9 июня 2018 года истец подала заявление на предоставление ей ежегодного отпуска по графику, с 1 августа 2018 года по 31 августа 2018 года.
Приказом от 14 августа 2018 года Тарасова Р.Ю. уволена с занимаемой должности на основании поданного ею личного заявления по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ - по инициативе работника 31 августа 2018 года. С заявлением об увольнении истец ознакомилась 28 августа 2018 года.
30 августа 2018 года она отозвала свое заявление об увольнении, направив заявление в адрес ответчика по почте заказным письмом с уведомлением.
Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что волеизъявление работника на прекращение трудовых отношений было выражено подачей заявления, в котором Тарасова Р.Ю. просила уволить ее с работы по собственному желанию 31 августа 2018 года. Допустимых доказательств, свидетельствующих об отсутствии добровольного волеизъявления на подачу заявления об увольнении, в ходе судебного разбирательства представлено не было. Поскольку расторжение трудового договора произведено по инициативе Тарасовой Р.Ю, её нахождение в отпуске не являлось препятствием для издания приказа об увольнении с заявленной ею даты увольнения - 31 августа 2018 года, соответствовавшей последнему дню ее отпуска, что согласуется с требованиями ст.127 Трудового кодекса РФ, согласно которой днем увольнения считается последний день отпуска.
С доводами истца о подаче в установленном порядке заявления об отзыве ранее поданного заявления об увольнении по собственному желанию суд не согласился, поскольку сведения о его подаче до начала отпуска отсутствуют. В соответствии с положениями ст.127 Трудового кодекса РФ после начала отпуска истец не имела права отозвать свое заявление. Поэтому ссылка истца на направлении ею почтой 30 августа 2018 года заявления об отзыве заявления об увольнении, не имеет правового значения, поскольку до дня начала отпуска истцом не было реализовано право на отзыв поданного ранее заявления об увольнении.
Судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции основанными на неправильном определении юридически значимых обстоятельств по делу и неверном применении и толковании норм материального права.
В соответствии с ч.2 ст.127 Трудового кодекса РФ по письменному заявлению работника неиспользованные отпуска могут быть предоставлены ему с последующим увольнением (за исключением случаев увольнения за виновные действия). При этом днем увольнения считается последний день отпуска.
При предоставлении отпуска с последующим увольнением при расторжении трудового договора по инициативе работника этот работник имеет право отозвать свое заявление об увольнении до дня начала отпуска, если на его место не приглашен в порядке перевода другой работник (ч.4 ст.127 Трудового кодекса РФ).
Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 25 января 2007 года N131-О-О указал, что в соответствии с ч.2 ст.127 Трудового кодекса РФ работодатель по письменному заявлению работника, намеревающегося расторгнуть трудовой договор по собственному желанию, при наличии возможности предоставляет ему неиспользованные отпуска с последующим увольнением. В этом случае работодатель, чтобы надлежаще исполнить закрепленную названным кодексом (в частности, его статьями 84.1, 136 и 140) обязанность по оформлению увольнения и расчету с увольняемым работником, должен исходить из того, что последним днем работы работника является не день его увольнения (последний день отпуска), а день, предшествующий первому дню отпуска. Именно поэтому право отозвать заявление об увольнении по собственному желанию, представляющее собой дополнительную гарантию трудовых прав работника, может быть реализовано им только до окончательного прекращения работы в связи с использованием отпуска и последующим увольнением.
Согласно разъяснениям, изложенным в подп."в" п.22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", исходя из содержания ч.4 ст.80 и ч.4 ст.127 Трудового кодекса РФ работник, предупредивший работодателя о расторжении трудового договора, вправе до истечения срока предупреждения (при предоставлении отпуска с последующим увольнением - до дня начала отпуска) отозвать свое заявление, и увольнение в этом случае не производится при условии, что на его место в письменной форме не приглашен другой работник, которому в соответствии с Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.
По смыслу приведенных норм трудового законодательства, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, при предоставлении отпуска с последующим увольнением фактически трудовые отношения с работником прекращаются с момента начала отпуска, в связи с чем право работника отозвать заявление об увольнении по собственному желанию может быть реализовано работником только до прекращения работы в связи с использованием отпуска и последующим увольнением, то есть до дня начала отпуска.
При разрешении настоящего спора суд не учел, что истец не подавала заявление о предоставлении отпуска с последующим увольнением. Ею было подано одно заявление о предоставлении отпуска с 1 августа 2018 года по 31 августа 2018 года, другое заявление об увольнении по собственному желанию 31 августа 2018 года.
До истечении срока увольнения 31 августа 2018 года истец, воспользовавшись своим правом, подала заявление об отзыве своего заявления от 9 июня 2018 года об увольнении. Соответственно, её увольнение приказом от 14 августа 2018 года является неправомерным. Истец подлежит восстановлению на работе.
В соответствии с ч.2 ст.394 Трудового кодекса РФ орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.
Из представленной ответчиком справки о среднем заработке истца усматривается, что средний заработок в день составляет 3515 руб. 79 коп.
Заработная плата за время вынужденного прогула с 1 сентября 2018 года по 30 января 2019 года составляет 355 094 руб. 79 коп. (3515,79 руб. х 101 рабочий день).
Разрешая требование о компенсации морального вреда, судебная коллегия исходит из положений ч.1 ст.237 Трудового кодекса РФ, устанавливающей, что во всех случаях причинения работнику морального вреда неправомерными действиями или бездействием работодателя ему возмещается денежная компенсация морального вреда. Размер компенсации морального вреда определяется судом, исходя из конкретных обстоятельств каждого дела, с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Поскольку факт нарушения ответчиком трудовых прав работника имел место, у истца имеется право на компенсацию морального вреда.
Учитывая характер и объем нравственных и физических страданий, причиненных истцу неправомерными действиями работодателя, степень вины работодателя, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, судебная коллегия считает возможным определить компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей. Заявленный истцом размер указанной компенсации судебная коллегия находит завышенным.
Конституционное право на судебную защиту предполагает не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты в форме эффективного восстановления нарушенных прав и свобод в соответствии с законодательно закрепленными критериями.
В целях создания механизма эффективного восстановления нарушенных прав и с учетом принципа максимальной защиты имущественных интересов заявляющего обоснованные требования лица, правам и свободам которого причинен вред, ГПК РФ предусматривает порядок распределения между сторонами судебных расходов.
Согласно ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 данного Кодекса; если иск удовлетворен частично, то судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
В соответствии с ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Возмещение судебных издержек (в том числе расходов на оплату услуг представителя) на основании приведенных норм осуществляется, таким образом, только той стороне, в пользу которой вынесено решение суда, и в соответствии с тем судебным постановлением, которым спор разрешен по существу. Гражданское процессуальное законодательство при этом исходит из того, что критерием присуждения расходов на оплату услуг представителя при вынесении решения является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования.
В обоснование судебных расходов истец представила квитанцию об оплате услуг представителя от 28 сентября 2018 года на сумму 20 000 рублей.
Судебная коллегия находит расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей разумными, с учетом объема оказанных услуг, полного удовлетворения требований истца, а также отсутствия возражений со стороны ответчика.
Руководствуясь ст.328 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Раменского городского суда Московской области от 25 октября 2018 года отменить. Постановить по делу новое решение.
Признать незаконным увольнение Тарасовой Р.Ю. приказом от 14 августа 2018 года по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ.
Восстановить Тарасову Р.Ю. на работе в должности учителя-логопеда Муниципального дошкольного образовательного учреждения Детский сад комбинированного вида N76 с 1 сентября 2018 года.
Взыскать с Муниципального дошкольного образовательного учреждения Детский сад комбинированного вида N76 в пользу Тарасовой Р.Ю. средний заработок за период вынужденного прогула с 1 сентября 2018 года по 30 января 2019 года в размере 355 094 руб. 79 коп, компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей.
Взыскать с Муниципального дошкольного образовательного учреждения Детский сад комбинированного вида N76 в доход бюджета Раменского муниципального района Московской области государственную пошлину в размере 7050 руб. 94 коп.
Апелляционную жалобу Тарасовой Р.Ю. и апелляционное представление Раменского городского прокурора удовлетворить.

Председательствующий

Судьи