Информационный бюллетень судебной практики по гражданским делам Архангельского областного суда за 4 квартал 2018 г.

Список принятых сокращений	
ТК РФ	-	Трудовой кодекс Российской Федерации;	
КоАП РФ	-	Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. N 195-ФЗ;	
ЖК РФ	-	Жилищный кодекс Российской Федерации от 29 декабря 2004 г. N 188-ФЗ;	
ГПК РФ	-	Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14 ноября 2002 N 138-ФЗ;	
ГК РФ	-	Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30 ноября 1994 N 51-ФЗ; Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26 января 1996 г.N 14-ФЗ;	
Закон об ОСАГО	-	Федеральный закон от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств";	
Список N 2	-	Список N 2 производств, работ, профессий, должностей и показателей с вредными и тяжелыми условиями труда, занятость в которых дает право на пенсию по возрасту (по старости) на льготных условиях, утвержденный постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 года N 10 "Об утверждении списков производств, работ, профессий, должностей и показателей, дающих право на льготное пенсионное обеспечение";	
Правила ОСАГО	-	Правила обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденные Положением Банка России от 19 сентября 2014 г. N 431-П.	

Раздел I. Исковое производство

Подраздел 1. Разрешение споров, связанных с трудовыми, пенсионными и иными социальными правоотношениями

1.1. Не является прогулом отсутствие на рабочем месте в связи с отстранением от работы или недопущением к работе, в случаях, предусмотренных статьей 76 ТК РФ.
Грузинский А.В. обратился в суд с иском к ЗАО "Арктик-Консалтинг-Сервис" о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, мотивировав требования тем, что состоял с ответчиком в трудовых отношениях, однако 30 мая 2018 г. был уволен за прогул. Полагал увольнение незаконным, поскольку его отсутствие на рабочем месте было обусловлено изданием в отношении него приказа от 15 марта 2018 г. об отстранении от работы.
Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из законности увольнения, полагая факт прогула (2, 11 и 12 апреля 2018 г.) установленным, и указал, что неисполнение работником трудовых обязанностей произошло по его инициативе.
Судебная коллегия с выводами суда не согласилась, указав на неверное установление судом обстоятельств дела.
В силу требований абзаца 3 части 1 статьи 76 ТК РФ работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника, не прошедшего в установленном порядке обучение и проверку знаний и навыков в области охраны труда.
Работник дважды не сдал проверку знаний в области охраны труда, в связи с чем приказами работодателя от 9 февраля 2018 г. и 15 марта 2018 г. был отстранен от работы.
Последующую проверку знаний 15 марта 2018 г. работник также не прошел, в связи с чем приказом от 15 марта 2018 г. был в третий раз отстранен от работы.
Четвертая по счету проверка знаний работника была назначена на 12 апреля 2018 г., однако на обучение 2 апреля 2018 г. по графику, утвержденному работодателем, он не явился, о чем составлен соответствующий акт.
В установленный работодателем срок до 11 апреля 2018 г. Грузинский А.В. обучение по охране труда не прошел, несмотря на получение уведомления работодателя, в связи с чем приказом от 16 апреля 2018 г. был отстранен от работы.
Приказом работодателя от 30 мая 2018 г. истец уволен по подпункту "а" пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ в связи с грубым нарушением работником своих трудовых обязанностей, выразившихся в отсутствии на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (прогулы 2, 11 и 12 апреля 2018 г.).
Отменяя решение суда и принимая новое решение об удовлетворении требований работника, судебная коллегия указала, что неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Не может рассматриваться как должностной проступок неисполнение или ненадлежащее выполнение обязанностей по причинам, не зависящим от работника.
Не является прогулом отсутствие на рабочем месте в связи с отстранением от работы или недопущением к работе, поскольку в случаях, предусмотренных статьей 76 ТК РФ, работодатель обязан отстранить работника на весь период времени до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы или недопущения к работе, то есть, в данном случае, неисполнение работником своих трудовых обязанностей обусловлено с инициативой работодателя.
Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам от 25 октября 2018 г. N 33-6943/2018
1.2. Если ученик по окончании ученичества без уважительных причин не выполняет свои обязательства по договору, в том числе не приступает к работе, он по требованию работодателя возвращает ему полученную за время ученичества стипендию.
АО "ПО "Севмаш" обратилось с иском к Никифорову В.Ю. о взыскании расходов за профессиональное обучение, мотивировав требования тем, что с ответчиком заключен ученический договор, после обучения он был переведен на постоянную работу, однако в нарушение условий ученического договора в течение 3 лет в соответствии с полученной специальностью у истца не отработал, добровольно расходы работодателя на обучение и выплату стипендии не возместил.
Удовлетворяя исковые требования в части взыскания с ответчика расходов на обучение, суд исходил из доказанности несения работодателем данных расходов и неисполнения работником, принятых на себя обязательств по возвращению денежных средств при досрочном прекращении трудового договора.
При этом суд, сославшись на положения ст. 249 ТК РФ, произвел расчет суммы затрат, связанных с обеспечением учебного процесса, пропорционально фактически не отработанному ответчиком после окончания профессионального обучения времени, а не в полном объеме затраченных на прохождение процесса обучения средств.
В обоснование этому суд указал на то, что условие ученического договора, в котором предусмотрено полное возмещение работником стоимости обучения, а не пропорционально отработанному после окончания обучения времени, ухудшает положение работника и противоречит требованиям ст. 249 ТК РФ.
Судебная коллегия с данными выводами суда согласилась, указав, что они основаны на правильном применении ст.ст. 9 и 23, 249 Трудового кодекса РФ
Вместе с тем суд, сославшись на положения ч. 4 ст. 137 ТК РФ, отказал в иске в части взыскания с работника заводской стипендии, так как выплаченная ему за период обучения стипендия фактически являлась заработной платой ответчика.
В указанной части судебная коллегия с решением суда не согласилась, указав на неправильное применение судом норм материального права.
Согласно ч. 2 ст. 203 ТК РФ работники, проходящие обучение в организации, по соглашению с работодателем могут полностью освобождаться от работы по трудовому договору.
Никифоров В.Ю. проходил теоретическое обучение с отрывом от производства (с освобождением от работы), соответственно, в этот период заработная плата как таковая ему не начислялась и не выплачивалась.
В силу ст.ст. 207 и 249 ТК РФ в случае, если ученик по окончании ученичества без уважительных причин не выполняет свои обязательства по договору, в том числе не приступает к работе, он по требованию работодателя возвращает ему полученную за время ученичества стипендию.
Судебная коллегия отменила решение суда в части отказа во взыскании с ответчика расходов за выплаченную во время ученичества стипендию и приняла новое решение, которым удовлетворила требования работодателя.
Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам от 3 декабря 2018 г. N 33-7728/2018
1.3. При определении сроков обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора необходимо учитывать, что пособие по временной нетрудоспособности назначается и выплачивается страхователем по последнему месту работы в течение 30 календарных дней со дня прекращения работы по трудовому договору
Лыткина Е.Е. обратилась с иском к ИП Кузнецовой Ю.В. о взыскании задолженности по заработной плате и компенсации за неиспользованный отпуск, пособия по временной нетрудоспособности, компенсации за задержку выплаты при увольнении, компенсации за задержку выдачи трудовой книжки, компенсации морального вреда. Требования мотивировала тем, что работала у ответчика в должности юрисконсульта, приказом работодателя от 23 июня 2017 г. уволена с работы за прогул. С приказом об увольнении ознакомилась 28 июня 2017 г., поскольку находилась на больничном. В день увольнения ей не была выдана трудовая книжка, не был произведен окончательный расчет.
Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что истец пропустил установленный ст. 392 ТК РФ срок обращения в суд, придя к выводу, что указанный срок надлежит исчислять с момента ознакомления истца с приказом об увольнении, то есть с 26 июня 2017 г., в то время как с настоящим иском она обратилась 27 июня 2018 года.
ГАРАНТ:
По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. "настоящим" следует читать как "названным"

Судебная коллегия с указанным выводом не согласилась.
В соответствии с ч. 2 ст. 392 ТК РФ (в редакции, действовавшей с 3 октября 2016 г.) за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.
В силу ч. 3 ст. 13 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ застрахованному лицу, утратившему трудоспособность вследствие заболевания, в течение 30 календарных дней со дня прекращения работы по трудовому договору в течение которой оно подлежало обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности, пособие по временной нетрудоспособности назначается и выплачивается страхователем по его последнему месту работы.
Суд пришел к ошибочному выводу о пропуске истцом срока обращения в суд, поскольку листок нетрудоспособности для выплаты пособия истец представила работодателю только 28 июня 2017 г.
Не приняв во внимание, что до увольнения Лыткина Е.Е. обращалась к ответчику с заявлением о перечислении заработной платы и иных выплат на банковский счет, суд не дал оценку уведомлению ответчика в адрес Лыткиной Е.Е. о необходимости предоставления новых платежных реквизитов. Между тем, данное уведомление подтверждает факт признания работодателем наличия задолженности. Доказательств получения настоящего уведомления ранее 27 июня 2018 г. материалы дела не содержат.

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. "настоящего" следует читать как "названного"

Кроме того, судебная коллегия отметила, что отношения сторон по невыдаче трудовой книжки являются длящимися.
Таким образом, вывод суда о пропуске истцом срока для обращения в суд не соответствовал фактическим обстоятельствам дела.
Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам от 6 декабря 2018 г. N 33-7785/2018
1.4. Неоднократное виновное неисполнение работником своих обязанностей может повлечь расторжение трудового договора в соответствие с п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ за дисциплинарный проступок при условии предшествующего применения к работнику дисциплинарного взыскания, не снятого и непогашенного на момент повторного нарушения.
Замятин Д.В. обратился с иском к МУП "Архкомхоз" о признании незаконными приказов, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда. Требования мотивировал тем, что состоял с ответчиком в трудовых отношениях, приказами работодателя от 25 и 31 мая 2018 г. привлечен к дисциплинарной ответственности. Полагал приказы незаконными.
Разрешая настоящее дело в части признания незаконным приказа от 25 мая 2018 г. о применении дисциплинарного взыскания, суд первой инстанции, правильно установил фактические обстоятельства дела и не усмотрел в действиях ответчика по привлечению истца к дисциплинарной ответственности нарушений трудовых прав работника.

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. "настоящее" следует читать как "названное"

Судебная коллегия с выводами суда в данной части согласилась, однако посчитала, что выводы суда о законности приказа от 31 мая 2018 г. об увольнении по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ не основаны на фактических обстоятельствах дела.
Приказом от 21 мая 2018 г. истец привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за несанкционированное использование в период с 20 января по 24 апреля 2018 г. электронной цифровой подписи директора МУП "Архкомхоз".
Приказом от 25 мая 2018 г. истец привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей (неверно указанные данные в плане закупок на 2018 г.).
Приказом от 28 мая 2018 г. привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания за неоднократное нарушение трудовой дисциплины (опоздание на работу 28 апреля 2018 г., 3 мая 2018 г.).
Приказом от 31 мая 2018 г. привлечен к дисциплинарной ответственности в виде увольнения по пп. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ за некорректное составление отчета по закупкам за 2017 г., не размещение отчета в ЕИС, нарушение времени вскрытия конвертов по закупкам.

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. Имеется в виду п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ

При вынесении решения суд не принял во внимание, что приказ от 25 мая 2018 г. вынесен за дисциплинарные проступки, выявленные 3 мая 2018 г., приказ от 28 мая 2018 г. - за дисциплинарные проступки, совершенные 28 апреля 2018 г. и 3 мая 2018 г., тогда как оспариваемый приказ от 31 мая 2018 г. о наложении дисциплинарного взыскания вынесен за дисциплинарные проступки, совершенные 24 мая 2018 г., которые не были положены в основу ранее изданных приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности. Таким образом, на момент издания приказа от 31 мая 2018 г. после 25 и 28 мая 2018 г. новых дисциплинарных проступков истец не совершал, к дисциплинарной ответственности за их совершение не привлекался. Следовательно, его увольнение по пункту 5 части 1 статьи 81 ТК РФ является незаконным.
Судебная коллегия отменила решение в части и приняла по делу новое решение - о восстановлении истца на работе в ранее занимаемой должности, взыскала в его пользу средний заработок за все время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда.
Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам от 6 декабря 2018 г. N 33-7879/2018
1.5. При разрешении требований о признании незаконным приказа работодателя о привлечении к дисциплинарной ответственности необходимо проанализировать все нормативно-правовые акты, устанавливающие круг его должностных обязанностей, чтобы установить состав дисциплинарного проступка.
Афанасьев И.А. обратился в суд с иском к ОМВД России "Котласский" о признании незаконными заключения служебной проверки и приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, а также о взыскании компенсации морального вреда, мотивировав требования тем, что проходит службу у ответчика в должности помощника дежурного дежурной части. По итогам служебной проверки вынесено заключение о наличии в его действиях нарушения требований п.п. 36.14, 36.15 Должностного регламента, предложено привлечь его к дисциплинарной ответственности - объявить строгий выговор. На основании приказа он привлечен к дисциплинарной ответственности в виде строгого выговора, лишен премии на период одного месяца со дня привлечения к дисциплинарной ответственности. Полагает приказ незаконным, поскольку нарушений служебной дисциплины он не допускал.
Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что заключение служебной проверки и приказ о привлечении к дисциплинарной ответственности не содержат четкой формулировки вины истца во вменяемом дисциплинарном проступке, указание на нарушение конкретных должностных обязанностей, предусмотренных должностным регламентом или контрактом о прохождении службы, которые ответчик вложил в понятие нарушения истцом служебной дисциплины.
Судебная коллегия с выводами суда не согласилась, указав, что они не основаны на обстоятельствах настоящего дела.

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. "настоящего" следует читать как "названного"

Истец проходил службу в органах внутренних дел, в день совершения дисциплинарного проступка заступил на суточное дежурство. Дважды в указанный день по служебному телефону дежурной части звонил мужчина, который сообщил, что к общественному месту подъехал автомобиль, водитель которого находится в состоянии алкогольного опьянения.
В тот же день на личном приеме к врио начальника ОМВД России "Котласский" обратился гражданин Мокеев А.Н., который сообщил, что дважды звонил в дежурную часть органа внутренних дел и сообщал о совершении административного правонарушения.
Проведенная в отношении истца служебная проверка установила, что он нарушил требования п.п. 36.14, 36.15 Должностного регламента: не зарегистрировал сообщение о правонарушении, поскольку оно являлось анонимным. Впоследствии приказом ОМВД России "Котласский" истец привлечен к дисциплинарному взысканию в виде строгого выговора.
Суд первой инстанции основал свое решение на том, что поступившие во время дежурства истца сообщения об административных правонарушениях являлись анонимными, а регистрации такие сообщения в КУСП не подлежат (Инструкция о порядке приема, регистрации и разрешения заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях, утвержденной Приказом МВД России от 29 августа 2014 г. N 736).
При этом исходя из п. 45 Инструкции, анонимным признается сообщение, если в ходе проверки заявления (сообщения) о преступлении, об административном правонарушении, о происшествии установлено, что в качестве заявителя указано лицо, не обращавшееся в территориальный орган МВД России, либо в заявлении и сообщении названы вымышленные адрес и (или) фамилия, имя, отчество.
Как следует из материалов дела и это также не оспаривается сторонами, 26 апреля 2018 года звонившим в дежурную часть органа внутренних дел и сообщавшим о водителе, который находился в состоянии алкогольного опьянения, являлся Мокеев А.Н.
Факт поступления звонка именно от указанного гражданина истец в своей объяснительной не отрицал. При этом, согласно справке о прослушивании речевого регистратора от 26 апреля 2018 года, истец вопросов о личности звонившему не задавал, фамилией, именем и отчеством не интересовался.
При указанных обстоятельствах оснований оценки характера сообщений Мокеева А.Н. как анонимных и не подлежащих регистрации в КУСП не имелось.
Истец в нарушение должностного регламента заявление Мокеева А.Н. в КУСП не зарегистрировал.
В оспариваемом приказе ответчиком четко сформулирована вина истца во вменяемом проступке, указано на нарушение конкретных должностных обязанностей, следовательно, оснований для признания приказа ответчика о привлечении истца к дисциплинарной ответственности незаконным у суда первой инстанции не имелось.
Судебная коллегия также не согласилась с выводом суда о признании незаконным заключения служебной проверки.
При проведении служебной проверки каких-либо нарушений, являющихся основанием для признания заключения по результатам такой проверки незаконным, не установлено, на такие нарушения не ссылался и истец в своем исковом заявлении.
Судебная коллегия отменила решение суда и приняла по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований.
Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам от 10 декабря 2018 г. N 33-7976/2018
1.6. Вопрос о тождественности занимаемой должности той должности, которая даёт право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, решается судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела, установленных в судебном заседании (характера и специфики, условий осуществляемой истцом работы, выполняемых им функциональных обязанностей по занимаемым должностям и имеющимся профессиям, нагрузки, с учетом целей и задач, а также направлений деятельности учреждений, организаций, в которых он работал и т.п.). При этом установление тождественности различных наименований работ, профессий, должностей не допускается (п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 года N 30 "О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии").
Колтаков П.Н. обратился в суд с иском к ГУ УПФ в г. Северодвинске о признании недействительным решения об отказе в назначении пенсии, признании права на досрочное назначение страховой пенсии по старости, её назначении и включении периодов работы в специальный стаж. Требования мотивировал тем, что обратился к ответчику с соответствующим заявлением, в чем ему было отказано ввиду отсутствия специального стажа работы в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях". Полагал необоснованным исключение из стажа периодов его работы с 10 июля 1990 г. по 20 мая 1991 г., с 14 сентября 1991 г. по 08 января 1992 г., с 27 августа 1997 г. по 03 июня 2009 г.
Отказывая в удовлетворении исковых требований во включении в специальный стаж по п. 2 ч. 1 ст. 30 ФЗ "О страховых пенсиях" указанных периодов, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств, подтверждающих факт работы истца в должности, дающей право на досрочное пенсионное обеспечение.
С данным выводом судебная коллегия не согласилась, указав, что он сделан с нарушением норм материального права.
Так, Списком N 2 раздел XXXIII "Общие профессии" предусмотрено, что правом на льготное пенсионное обеспечение пользуются машинисты (кочегары) котельной (на угле и сланце), в том числе занятые на удалении золы (код позиции 23200000-13786).
Исходя из указанной позиции раздела XXXIII "Общие профессии" Списка N 2, в качестве оснований для досрочного назначения пенсии требуется совокупность условий, а именно занятость полный рабочий день в должности машиниста котельной, работающей на угле.
В спорный период истец работал в войсковой части машинистом котельной, работающей на угле. Наличие в войсковой части котельной стороной ответчика не оспаривалось. Согласно записи в трудовой книжке в спорный период он работал в войсковой части водителем автопогрузчика, впоследствии переведен на должность машиниста котельной установки.
При этом в первичных документах - трудовом договоре, приказах, личной карточке, лицевых счетах должность истца именуется по-разному: "машинист котельной", "машинист котельной установки", "машинист".
Так, в трудовом договоре, заключенном между истцом и войсковой частью, указано, что истец принимается на работу в административно-хозяйственную часть. В его обязанности, помимо соблюдения мер по технике безопасности, входило поддержание чистоты и порядка в котельной, в местах хранения угля и дров и прилегающей к ней территории. В договоре также указано на его право на назначение пенсии на льготных условиях. Договором предусмотрен дополнительный отпуск за работу во вредных условиях труда.
Согласно приказу об установлении истцу должностного оклада данный оклад ему установлен именно по должности машиниста котельной. В приказах об установлении и выплате доплаты за вредные условия труда должность истца также именуется как машинист котельной.
Из справки войсковой части следует, что с 1 января 2007 г. изменяются существенные условия трудового договора, а именно истцу установлен 2 разряд оплаты труда по ЕТКС, который устанавливается машинистам котельной.
В лицевых счетах за 1997-2001 годы должность истца именуется также как машинист котельной.
Из наблюдательного дела войсковой части 36113 видно, что на территории данной части имелись два водогрейных котла, которые работали на твердом топливе - угле. Дата их установки - март 1963 года. Согласно паспортам котлов они переосвидетельствованы в 1999 году, зарегистрированы в 1997 году.
Анализируя письменные доказательства в их совокупности, судебная коллегия сочла вывод суда об отсутствии доказательств факта работы истца в должности машиниста котельной не основанным на материалах дела.
Учитывая изложенное, судебная коллегия отменила решение суда и включила периоды работы истца с 27 августа 1997 года по 30 декабря 2004 года, с 01 января 2005 года по 24 декабря 2007 года, с 01 января 2008 года по 03 июня 2009 года в его специальный стаж в льготном (полуторном) исчислении.
Периоды 31 декабря 2004 года (1 день), с 25 декабря 2007 года по 31 декабря 2007 года (07 дней) включению в специальный стаж не подлежали, поскольку, согласно архивной справке в 2004 году истцу предоставлялся день без сохранения заработной платы. Включение периодов без оплаты в специальный стаж пенсионным законодательством не предусмотрено.
Также судебная коллегия отметила, что сведения персонифицированного учета в отношении истца после 2002 года противоречат первичным документам, в частности документам о предоставлении истцу в 2004 году и в 2007 году периодов без оплаты, в то время как такие сведения работодатель обязан был передавать, на лицевом счете работника они должны содержаться.
Факт работы истца в льготных условиях подтверждается материалами дела, ответчиком не опровергнут.
Неправильная передача сведений в персонифицированный учет не может влиять на право гражданина на включение спорного периода в специальный стаж, в данном случае его права на должны ущемляться или ставиться в зависимость от невыполнения либо ненадлежащего выполнения работодателем своих обязанностей.
Поскольку специальный стаж истца с учетом включенных в него периодов составил более 12 лет 06 месяцев, судебная коллегия пришла к выводу о том, что досрочная страховая пенсия может быть назначена истцу с момента его обращения в пенсионный орган.
Судебная коллегия отменила решение суда первой инстанции в части отказа во включении в специальный стаж периодов работы истца, назначении пенсии с даты обращения к ответчику, признании недействительным решения об отказе в назначении пенсии и приняла новое решение об удовлетворении указанных требований.
Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам от 13 декабря 2018 г. N 33-7640/2018
1.7. Выплаты работнику в связи с расторжением трудового договора по инициативе работника должны быть предусмотрены законом или действующей у работодателя системой оплаты труда. Юридически значимым обстоятельством при этом является правовая природа выплаты, а именно: относится ли она к выплатам стимулирующего характера (статья 191 Трудового кодекса Российской Федерации) или эта выплата относится к гарантиям и компенсациям работнику в связи с расторжением трудового договора, в том числе по его инициативе.
Федоровский А.П. обратился в суд с иском к АО "Нордавиа - региональные авиалинии" о взыскании выходного пособия при увольнении. Требования мотивировал тем, что работал у ответчика в должности заместителя главного бухгалтера, трудовой договор предусматривал выплату выходного пособия (пункт 7.4). Приказом от 1 января 2012 г. Федоровский был переведён на должность заместителя генерального директора по экономике и финансам - главного бухгалтера, в связи с чем 10 января 2012 г. было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, которым, в частности, из трудового договора был исключён пункт 7.4.
10 августа 2016 г. заключено дополнительное соглашение N 4, которым пункт 7.4 трудового договора восстановлен и изложен в следующей редакции: "В случае прекращения трудового договора общество осуществляет работнику денежную выплату в размере двенадцати средних месячных заработных плат, исчисленных в порядке, предусмотренном статьёй 139 Трудового кодекса Российской Федерации, за период, эквивалентный двенадцати полным месяцам с даты прекращения трудового договора. Настоящая выплата является как гарантией работнику в связи с расторжением трудового договора, так и поощрением работника за добросовестное исполнение своих должностных обязанностей за весь период работы в Обществе. Настоящая денежная выплата осуществляется в случае отсутствия виновных действий работника по основаниям, предусмотренным пунктами 6.2 - 6.4 настоящего договора".
4 апреля 2017 г. Федоровский А.П. уволен по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника). В тот же день направил в АО "Нордавиа - региональные авиалинии" заявление, в котором просил произвести ему выплату, предусмотренную пунктом 7.4 трудового договора. Ответчик выплату не произвел.
Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования о взыскании выходного пособия при увольнении, предусмотренного пунктом 7.4 трудового договора, суд первой инстанции исходил из того, что при прекращении трудового договора по инициативе работника выплата работнику выходного пособия законом не предусмотрена, однако трудовое законодательство не содержит запрета на установление непосредственно в индивидуальном трудовом договоре условий о выплате выходных пособий в повышенном размере или других случаев выплаты выходных пособий, что не противоречит и нормам Федерального закона от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", пункту 7.4 Устава АО "Нордавиа - региональные авиалинии", в связи с чем пришёл к выводу о правомерности заявленных требований.
При этом суд указал на то, что дополнительное соглашение к трудовому договору подписано со стороны работодателя уполномоченным на то лицом задолго до прекращения с истцом трудового договора, установление размера выходного пособия не могло зависеть от работника, являвшегося второй и более слабой стороной договора, выплата спорной компенсации не является безусловной, поскольку производится в отсутствие виновных действий работника, которых Федоровским А.П. допущено не было.
Кроме этого, суд первой инстанции, сославшись на локальные акты АО "Нордавиа - региональные авиалинии" (правила внутреннего трудового распорядка, коллективный договор на 2014-2016 годы, положение о системе оплаты труда), сделал вывод о том, что действующие у работодателя локальные нормативные акты предусматривают возможность выплаты денежной компенсации на основе индивидуальной оценки труда сотрудника, его личного вклада в обеспечение высокого уровня производственных показателей, устойчивости финансового положения и развития авиакомпании.
По мнению суда первой инстанции, пункт 7.4 трудового договора (в редакции дополнительного соглашения от 10 августа 2016 г.) не противоречит статьям 1, 2, 3, 9 Трудового кодекса Российской Федерации, которые обязывают стороны трудовых отношений придерживаться в их отношениях общеправовых принципов справедливости, добросовестности и недопустимости злоупотребления правом.
Суд апелляционной инстанции согласился с этими выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием, дополнив их суждением о том, что трудовое законодательство не содержит запрета на установление непосредственно в индивидуальном трудовом договоре условий о выплате выходных пособий в повышенном размере, в том числе при увольнении сотрудника по собственному желанию, в связи с чем закрепление данного условия в локальных нормативных актах не требуется. Суд апелляционной инстанции также сослался на то, что представитель ответчика в судебном заседании не оспаривал право работодателя на заключение с работником договора, предусматривающего спорную выплату при увольнении, а отсутствие решения общего собрания акционеров по спорной выплате выводов суда не опровергает, поскольку реализация трудовых прав работника не поставлена в зависимость от данного условия.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации с выводами судебных инстанций не согласилась.
Главой 27 Трудового кодекса Российской Федерации определены гарантии и компенсации работникам, связанные с расторжением трудового договора.
В частности, в статье 178 Трудового кодекса Российской Федерации приведён перечень оснований для выплаты работникам выходных пособий в различных размерах и в определённых случаях прекращения трудового договора.
При прекращении трудового договора по соглашению сторон выплата работнику выходного пособия статьёй 178 Трудового кодекса Российской Федерации не предусмотрена, что, вместе тем, может быть восполнено части 4 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации.
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июня 2015 г. N 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации" разъяснено, что в случае установления нарушения условиями трудового договора требований законодательства и иных нормативных правовых актов, в том числе общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, законных интересов организации, других работников, иных лиц (например, собственника имущества организации) суд вправе отказать в удовлетворении иска о взыскании с работодателя выплат в связи с прекращением трудового договора или уменьшить их размер (абзац второй пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июня 2015 г. N 21).
Из приведённых нормативных положений трудового законодательства в их системной взаимосвязи и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что установленная работнику трудовым договором оплата труда, включая выплаты стимулирующего характера (премии, иные поощрительные выплаты), а также выходное пособие, компенсации и иные выплаты в связи с прекращением заключённого с ним трудового договора, в том числе в случае расторжения трудового договора по инициативе работника, должны быть предусмотрены законом или действующей у работодателя системой оплаты труда, устанавливаемой коллективным договором, соглашениями, другими локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми
актами, содержащими нормы трудового права. При установлении в трудовом договоре с конкретным работником названных выплат должны учитываться законные интересы организации, других работников, иных лиц (например, собственника имущества организации), то есть должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом.
Судебными инстанциями нормы трудового законодательства, определяющие порядок и условия оплаты труда работнику, включая поощрительные выплаты, предоставление работнику гарантий и компенсаций в связи с расторжением трудового договора, в том числе по инициативе самого работника, применены неправильно, вследствие этого обстоятельства, имеющие значение для дела, не установлены, правовая природа выплаты, указанной в пункте 7.4 трудового договора (в редакции дополнительного соглашения к трудовому договору, заключённому между Федоровским А.П. и АО "Нордавиа - региональные авиалинии" 10 августа 2016 г.), и в связи с этим действительные правоотношения сторон не определены.
Между тем по данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учётом норм материального права, подлежащих применению к спорным отношениям, являлись следующие обстоятельства: правовая природа выплаты, предусмотренной пунктом 7.4 трудового договора (в редакции дополнительного соглашения к трудовому договору, заключённому между Федоровским А.П. и АО "Нордавиа - региональные авиалинии" 10 августа 2016 г.), а именно: относится ли эта выплата к выплатам стимулирующего характера (статья 191 Трудового кодекса Российской Федерации) или эта выплата относится к гарантиям и компенсациям Федоровскому А.П. как работнику в связи с расторжением трудового договора, в том числе по инициативе самого Федоровского А.П.; соответствует ли закону условие трудового договора о выплате Федоровскому А.П. компенсации в связи с расторжением трудового договора по любому основанию; предусмотрена ли такая выплата действующей у работодателя - АО "Нордавиа - региональные авиалинии" - системой оплаты труда; имелись ли у генерального директора АО "Нордавиа - региональные авиалинии" по состоянию на 10 августа 2016 г. полномочия на подписание дополнительного соглашения к трудовому договору, содержащему условие о такой выплате Федоровскому А.П., работавшему главным бухгалтером общества; действовал ли генеральный директор, выступая от имени организации при подписании дополнения к трудовому договору, содержащему такое условие, как того требует пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, в интересах этой организации добросовестно и разумно; не было ли допущено при заключении дополнительного соглашения к трудовому договору, установившему Федоровскому А.П. спорную выплату в случае прекращения трудового договора, в том числе по инициативе самого Федоровского А.П., нарушения прав и законных интересов организации, других работников.
Данные юридические значимые обстоятельства в судебных решениях нижестоящих судебных инстанций не были исследованы и не получили оценку, что явилось основанием для их отмены и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15 октября 2018 г. N 1-КГ18-13

Подраздел 2. Разрешение споров, связанных со страховыми правоотношениями

2.1. Не включение собственника автомобиля в заключенный им договор добровольного страхования (страховой полис) в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством, свидетельствует об отсутствии соглашения между сторонами договора о страховании рисков причинения ущерба застрахованному имуществу под управлением собственника.
Уваров С.В. обратился с иском к ПАО СК "Росгосстрах" о взыскании страхового возмещения, расходов на экспертизу, эвакуацию, хранение автомобиля, неустойку по двум страховым случаям, компенсацию морального вреда, судебных расходов.
Частично удовлетворяя заявленные требования, суд исходил из того, что действующим законодательством не предусмотрено такое основание для освобождения страховщика от обязанности по выплате страхового возмещения, как не включение в перечень лиц, допущенных к управлению автомобилем, лица, управлявшего им в момент дорожно-транспортное происшествие.
Судебная коллегия указала на ошибочность выводов суда.
Согласно п. 5.7.1 Правил добровольного страхования транспортных средств и спецтехники N 171 (далее Правила) в случае, если страхователь не указан в договоре страхования в числе водителей или не соответствует критериям их определения, страхователь не является лицом, допущенным к управлению транспортным средством для договоров, предусматривающих допуск к его управлению ограниченного числа водителей.
Истец в договоре добровольного имущественного страхования транспортного средства указал ограниченное использование автомобиля, а именно управление им только водителем Железовым В. М. Себя в перечне лиц, допущенных к управлению, истец не указал.
Согласно п. 2.4 Правил лицом, допущенным к управлению, является собственник транспортного средства, лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании, указанные в договоре страхования как лица, допущенные к управлению.
Подпунктом "а" п. 3.2.1. Приложения N 1 к Правилам, в качестве страхового события, при котором осуществляется страховая выплата по риску "ущерб", определено дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля, находящегося под управлением указанных в договоре страхования лиц, имеющих действующее право на управление транспортным средством соответствующей категории, и не находящихся в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения до дорожно-транспортного происшествия или до прохождения медицинского освидетельствования.
Указание лиц, допущенных к управлению автомобилем, является элементом описания страхового случая и в силу ст. 432, 930 и 942 ГК РФ рассматривается как существенное условие договора добровольного страхования.
Для признания того или иного наступившего в отношении застрахованного транспортного средства события страховым случаем, помимо собственно возможности отнесения данного события к согласованному сторонами страховому риску, необходимо также, чтобы лицо, управлявшее транспортным средством в момент наступления этого события, соотносилось с лицом, которое в этом качестве установлено в договоре.
Проанализировав условия заключенного договора страхования и Правила страхования судебная коллегия пришла к выводу о том, что условиями заключенного сторонами договора страхования предусмотрено отнесение к страховым рискам только тех дорожно-транспортных происшествий, в которых застрахованным транспортным средством управляло лицо, допущенное к управлению транспортным средством и включенное в перечень лиц, допущенных к управлению. В настоящем деле таким лицом является только Железов В. М., в то время как при повреждении застрахованного транспортного средства автомобилем управлял истец Уваров С. В.

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. "настоящем" следует читать как "названном"

Судебная коллегия отмела решение суда и приняла новое решение, которым отказала в удовлетворении исковых требований.
Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам от 6 декабря 2018 г. N 33-7363/2018,
2.2. Сообщение страховщику заведомо ложных сведений при заключении договора страхования может служить основанием для признания этого договора недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, направленного на введение в заблуждение страховщика, и того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.
СПАО "Ингосстрах" обратилось в суд с иском к Шиловскому А.В. о признании недействительным договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств. Требования мотивировало тем, что при заключении договора ответчик предоставил подложную диагностическую карту.
Удовлетворяя требования, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в силу ч. 2 ст. 168 ГК РФ договор обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства, заключенный между сторонами, является недействительным по основаниям его несоответствия требованиям ст. 17 Федерального закона от 10 декабря 1995 года N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения", а также ч. 3 ст. 15 Закона об ОСАГО. При этом суд исходил из того, что ответчик достоверно зная, что его транспортное средство не проходило технического осмотра, с целью заключения договора страхования представил недействительную диагностическую карту, составленную неуполномоченным лицом.
Судебная коллегия с выводами суда не согласилась, поскольку разрешая спор, суд не указал норму материального права, предусматривающую недействительность договора ОСАГО в случае предоставления недействительной диагностической карты.
Закон об ОСАГО не предусматривает такого основания недействительности договора как предоставление недействительных документов (в том числе диагностической карты) при его заключении. Такие нормы отсутствуют и в Федеральных законах "О безопасности дорожного движения", "О техническом осмотре транспортных средств и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".
В соответствии с п. 10.1 ст. 15 Закона об ОСАГО, а также абзацами 5 и 6 п. 1.8 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденных Положением Банка России от 19.09.2014 N 431-П, при заключении договора страховщик использует информацию, содержащуюся в автоматизированной информационной системе обязательного страхования.
Заключение договора обязательного страхования без проверки соответствия представленных страхователем сведений не допускается.
Кроме того, п. 1.15 главы 1 Правил ОСАГО предусмотрено, что страховщик вправе досрочно прекратить действие договора обязательного страхования в случае выявления ложных или неполных сведений, представленных страхователем при заключении договора обязательного страхования, имеющих существенное значение для определения степени страхового риска.
Согласно п. 1-3 ст. 431.2 ГК РФ сторона, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких заверений, или уплатить предусмотренную договором неустойку.
Наряду с требованием о возмещении убытков или взыскании неустойки также вправе отказаться от договора, или вместо отказа от договора требовать признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным ст.ст. 179 и 178 ГК РФ.
В соответствии с п. 3 ст. 944 ГК РФ, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п. 2 ст. 179 настоящего Кодекса.

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. "настоящего" следует читать как "названного"

Страховщик не может требовать признания договора страхования недействительным, если обстоятельства, о которых умолчал страхователь, уже отпали.
Из содержания приведенных норм следует, что сообщение страховщику заведомо ложных сведений при заключении договора страхования может служить основанием для признания этого договора недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, направленного на введение в заблуждение страховщика, и того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.
Наличие оснований к оспариванию договора по п. 2 ст. 179 ГК РФ по делу не доказано, как не доказано наличие умысла страхователя, касающегося обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.
Вероятность отпадения обстоятельств в виде прохождения ГТО к моменту предъявления настоящего иска, как это предусмотрено абзацем 2 п. 3 ст. 944 ГК РФ, по делу не исследовалась.

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. "настоящего" следует читать как "названного"

Требования о расторжении договора страховщиком не заявлены.
Судебная коллегия отменила решение суда и приняла по делу новое решение, которым отказала в удовлетворении исковых требований.
Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам от 17 декабря 2018 г. N 33-8129/2018
2.3. Возложение на страховщика обязанности по возмещению убытков, вызванных проведением независимой экспертизы по инициативе потерпевшего, не допускается, в случае, если потерпевший уклонялся от осмотра транспортного средства.
Паршев А.И. обратился к мировому судье с иском к АО "СК "ГАЙДЕ" о взыскании страхового возмещения, убытков, мотивировав требования тем, что по договору уступки права требования от ООО "Автотранспорт Северо-запад" ему перешло право на получение от ответчика исполнения обязательств по выплате страхового возмещения по дорожно-транспортному происшествию. Он обратился с претензией к ответчику в связи с невыплатой страхового возмещения, страховщик выплату не произвел.
Удовлетворяя исковые требования и взыскивая с ответчика стоимость восстановительного ремонта, расходы истца на составление досудебной претензии, расходы по оценке ущерба, по изготовлению копий документов, по оплате услуг представителя и почтовые расходы, суды первой и апелляционной инстанций исходили из факта наступления страхового случая и возникновения в связи с этим обязанности страховщика по выплате страхового возмещения. При этом мировой судья принял в качестве доказательства экспертное заключение ООО "Респект" и указал, что понесенные истцом расходы обусловлены реализацией потерпевшим своего права на получение страховой суммы. Вместе с тем мировой судья отказал истцу во взыскании штрафа, усмотрев в действиях потерпевшего злоупотребление правом - уклонение от исполнения обязанности по предоставлению поврежденного транспортного средства для осмотра страховщику.
Президиум Архангельского областного суда не согласился с выводами судебных инстанций в части взыскания расходов по оценке ущерба, по составлению претензии, изготовлению копий документов и почтовых расходов, в связи с чем отменил решение суда и принял по делу новое, которым удовлетворил требования частично в размере стоимости восстановительного ремонта транспортного средства с учетом износа заменяемых деталей, а также расходов по оплате услуг представителя.
Согласно абзацам 4, 5 пункта 11 статьи 12 Закона об ОСАГО результаты самостоятельно организованной потерпевшим независимой технической экспертизы не принимаются для определения размера страхового возмещения в случае, если потерпевший не представил поврежденное имущество для независимой технической экспертизы в согласованные со страховщиком даты в соответствии с абзацами первым и вторым настоящего пункта.

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. "настоящего" следует читать как "названного"

Результаты самостоятельно организованной потерпевшим независимой технической экспертизы принимаются страховщиком для определения размера страхового возмещения только в случае, предусмотренном абзацем 2 пункта 13 статьи 12 Закона об ОСАГО, если страховщик не осмотрел поврежденное имущество и (или) не организовал независимую техническую экспертизу в установленный пунктом 11 настоящей статьи срок.

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. "настоящей" следует читать как "названной"

Президиум Архангельского областного суда установил факт злоупотребления правом со стороны потерпевшего, который после обращения к страховщику с заявлением о прямом возмещении убытков транспортное средство на осмотр не представил, как не представил и доказательств невозможности эксплуатации транспортного средства и его представления на осмотр страховщику.
Неисполнение истцом данной обязанности свидетельствует об отсутствии препятствий со стороны страховщика для реализации потерпевшим его прав, следовательно расходы понесены истцом по своему усмотрению и не подлежат взысканию с ответчика (абзац 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").
Постановление президиума Архангельского областного суда от 10 октября 2018 г. N 44г-0080/2018
2.4. Утрата товарной стоимости относится к реальному ущербу, наряду со стоимостью ремонта и запасных частей транспортного средства, а потому в её возмещении страхователю не может быть отказано (пункт 41 Постановления Пленума ВС РФ N 20).
Кукина Ю.А. обратилась к мировому судье с иском к САО "ВСК" о взыскании утраты товарной стоимости, расходов по оценке, по оплате юридических услуг, компенсацию морального вреда, расходы по оплате услуг представителя и почтовые расходы. Требования мотивировала тем, что между ней и ответчиком заключен договор добровольного страхования принадлежащего ей автомобиля на основании Правил N 171.1 комбинированного страхования транспортных средств. В период действия договора произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого автомобиль получил механические повреждения. Ответчик признал событие страховым случаем и выдал направление на ремонт. Ущерб в виде утраты товарной стоимости автомобиля ответчик выплатить отказался.
Отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что истец и ответчик заключили договор добровольного имущественного страхования автомобиля, не предусматривающий обязанность страховщика возместить утрату товарной стоимости.
Президиум Архангельского областного суда с данными выводами не согласился и указал, что в обязательных для страхователя правилах страхования, утверждаемых страховщиком, определяются общие условия страхования, в том числе перечень страховых рисков, с наступлением которых возникает обязанность страховщика осуществить страховую выплату. Отсутствие в правилах страхования указания на обязательное отдельное страхование утраты товарной стоимости или на то, что её величина по договору добровольного имущественного страхования не выплачивается, свидетельствует об обязанности страховщика выплатить утрату товарной стоимости в полном объеме.
Свою правовую позицию президиум основал на пункте 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан", согласно которому утрата товарной стоимости относится к реальному ущербу наряду со стоимостью ремонта транспортного средства и запасных частей транспортного средства, а потому в ее возмещении страхователю не может быть отказано.
Пунктом 4.9 Правил страхования N 171.1 установлены изъятия, которые не покрываются Правилами страхования. Утрата товарной стоимости в указанном перечне не поименовано.
При таких обстоятельствах заключенный между сторонами договор страхования включает в себя страхование не только стоимости восстановительного ремонта поврежденного автомобиля, но и иного реального ущерба, то есть и утрату товарной стоимости автомобиля, в выплате которой страхователю не может быть отказано.
Президиум Архангельского областного суда направил дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
Постановление президиума Архангельского областного суда от 24 октября 2018 г. N 44г-0084/2018

Подраздел 3. Споры, вытекающие из деликтных правоотношений

3.1. Судебные издержки лица, в отношении которого велось производство по делу об административном правонарушении, подлежат взысканию по правилам, предусмотренным статьями 15, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данные убытки возмещаются по правилам о гражданско-правовой ответственности, а потому подлежат взысканию при установлении юридического состава, включающего наличие незаконных действий должностного лица, возникновение у потерпевшего неблагоприятных последствий, причинно-следственной связи между действиями и убытками, а также их обоснованный размер.
Бушманов Д.С. обратился с иском к Минфину РФ о взыскании убытков, причиненных незаконным привлечением к административной ответственности, мотивировав требования тем, что постановлением инспектора ЦАФАП ГИБДД УМВД России по Архангельской области признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 статьи 12.9 КоАП РФ, которое впоследствии отменено решением судьи Архангельского областного суда. В связи с незаконным решением инспектора он понёс убытки на оплату услуг защитника и судебные расходы.
Частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что расходы, понесенные истцом на оплату услуг защитника в связи с незаконным привлечением его к административной ответственности, являются убытками, подлежащими взысканию с Минфина РФ за счет средств казны РФ.
Судебная коллегия с выводами суда не согласилась и указала следующее.
Заявленная к взысканию денежная сумма представляет собой расходы истца на юридическую помощь, понесенные в рамках дел об административных правонарушениях. Указанные расходы на юридическую помощь подлежат взысканию по правилам, предусмотренным статьями 15, 1069 ГК РФ, для возмещения вреда.
Предъявляемые на основании названных правил убытки носят характер гражданско-правовой ответственности и могут быть взысканы при установлении судом определенного юридического состава, включающего наличие незаконных действий обязанного лица, возникновение у потерпевшего неблагоприятных последствий, причинно-следственной связи между действиями и убытками и их обоснованный размер.
В рассматриваемом случае Бушманов Д.С. воспользовался законным правом на обжалование постановлений о привлечении его к административной ответственности и освобожден от нее судом общей юрисдикции в связи с тем, что в момент фотофиксации правонарушений специальными техническими средствами не являлся собственником автомобиля.
Предпринятые Бушмановым Д.С. действия по сложению ответственности и сопряженные с ними спорные расходы связаны с продажей транспортного средства другому лицу и с нарушением неустановленными лицами Правил дорожного движения, а не с исполнением органами внутренних дел возложенных на них законом функций в области безопасности дорожного движения.
Лицом, по вине которого собственник вынужден был нести издержки, является непосредственный нарушитель Правил дорожного движения, а не сотрудник органов внутренних дел.
При отсутствии причинно-следственной связи между поведением должностного лица МВД Российской Федерации и убытками иск не подлежал удовлетворению за счет казны Российской Федерации.
Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам от 3 декабря 2018 г. N 33-7680/2018

Подраздел 4. Вопросы применения жилищного законодательства

4.1. Правом на участи в подпрограмме "Выполнение государственных обязательств по обеспечению жильем категорий граждан, установленных федеральным законодательством" обладают граждане, подлежащие отселению из закрытых военных городков и поселков учреждений с особыми условиями хозяйствования, только при условии их постоянного проживания на территории указанных населенных пунктов.
Мерзун А.Ю. обратился в суд с иском к УФСИН России по Архангельской области, ФСИН России о признании незаконным решения жилищно-бытовой комиссии об отказе во включении в сводный список получателей государственных жилищных сертификатов, возложении обязанности включить в сводный список, выдать жилищный сертификат, компенсации морального вреда. Требования мотивировал тем, что отказ ответчика являлся незаконным, поскольку он и члены его семьи фактически проживали в поселке учреждений с особыми условиями хозяйственной деятельности, а в жилищном деле имеются соответствующе справки и обязательство о сдаче квартиры муниципальному образованию.
Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что истцом представлены все необходимые документы, являющиеся основанием для его включения в сводный список получателей государственных жилищных сертификатов.
К числу обстоятельств, подтверждающих факт постоянного проживания истца и членов его семьи на территории поселка учреждения с особыми условиями хозяйственной деятельности, суд отнес регистрацию супруги истца в качестве индивидуального предпринимателя в органах контроля за уплатой страховых взносов в п. Междуреченский Пинежского района.
Длительное непроживание истца в п. Междуреченский суд обусловил занимаемой им должностью директора ООО "Архпожзащита", находящегося в г. Архангельске, в связи с чем истец регулярно выезжал в командировки по месту регистрации общества.
Судебная коллегия с данными выводами не согласилась, указав, что факт постоянного проживания гражданина на территории поселка учреждения с особыми условиями хозяйственной деятельности должен иметь место в период непосредственной реализации жилищных прав.
Суд первой инстанции не принял во внимание, что истец работает в ООО "Архпожзащита" дистанционным способом, в связи с чем его нахождение в г. Архангельске не обусловлено его трудовой деятельностью.
Сам по себе факт регистрации предпринимателя в соответствующем районе не свидетельствует о том, что фактически такой предприниматель осуществляет деятельность именно в районе по месту регистрации. Доказательств, подтверждающих, что супруга истца фактически осуществляла свою деятельность в качестве предпринимателя в Пинежском районе, в материалах дела также не имеется.
Дочь истца какие-либо дошкольные учреждения, равно как и образовательные учреждения в п. Междуреченский не посещала, находится на семейной форме обучении в МБОУ МО "Город Архангельск" "Средняя школа N 20" и местом её жительства является г. Архангельск.
В 2013-2018 годы истец, его супруга и их дочь постоянно посещали медицинские учреждения в г. Архангельске.
По адресу регистрации в п. Междуреченский услуги водоснабжения и водоотведения оказаны в незначительном объеме, потребление электроэнергии являлось минимальным, в связи с чем начисление за её потребление не производилось.
Данные обстоятельства в их совокупности свидетельствуют о том, что истец вместе с членами своей семьи не проживает постоянно в п. Междуреченский Пинежского района, т.е. по месту регистрации, следовательно, оснований для отнесения истца к числу граждан, подлежащих переселению из поселков учреждений с особыми условиями хозяйственной детальности, не имеется.
Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам от 25 октября 2018 г. N 33-6861/2018
4.2. При разрешении требований о компенсации убытков, связанных с переездом, обусловленным изъятием земельного участка для государственных или муниципальных нужд, необходимо установить совокупность условий: нарушение ответчиком принятых на себя обязательств; причинную связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств; размер убытков, возникших у гражданина в связи с нарушением ответчиком своих обязательств (ч. 7 ст. 32 ЖК РФ, ст. 15 ГК РФ).
Александров Е.С. обратился с иском к администрации МО "Северодвинск" о взыскании выкупной стоимости изымаемого для муниципальных нужд жилого помещения, включая рыночную стоимость, компенсацию за непроизведенный капитальный ремонт, компенсацию убытков, связанных с переездом, поиском и оформлением прав на новое жилое помещение в размере 2 414 000 руб. Требования мотивировал тем, что является собственником жилого помещения, земельный участок под домом изъят для муниципальных нужд путем предоставления возмещения собственникам за жилые помещения. Соглашение об определении выкупной стоимости и других условий выкупа с ответчиком не заключалось.
Отказывая в удовлетворении иска в части взыскания компенсации за непроизведенный капитальный ремонт, суд первой инстанции исходил из того, что жилое помещение приобретено истцом в собственность 10 мая 2012 г., при этом непроведение капитального ремонта не оказало существенного влияния на изменение рыночной стоимости спорной квартиры.
В оставшейся части суд посчитал требования истца обоснованными, подтвержденными доказательствами и подлежащими удовлетворению.
Судебная коллегия с решением суда в части удовлетворения требований о взыскании убытков, связанных с переездом, поиском и оформлением прав на новое жилое помещение не согласилась, указав, что для взыскания понесенных убытков истец должен представить доказательства, подтверждающие нарушение ответчиком принятых на себя обязательств, причинную связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, размер убытков, возникших у него в связи с нарушением ответчиком своих обязательств (ч. 7 ст. 32 Жилищного кодекса РФ, ст. 15 Гражданского кодекса РФ).
Из материалов дела не следует, что истцом приобретено в собственность, либо снято в наем какое-либо иное жилое помещение, в котором он непосредственно проживает.
Заявляя требование о взыскании убытков, связанных с переездом, поиском и оформлением прав на новое жилое помещение, истец не представил суду каких-либо доказательств необходимости несения заявленных убытков, не доказал факт из несения, размер, а также наличие причинной связи между возникновением убытков и неисполнением ответчиком принятых на себя обязательств.
Судебная коллегия отменила решение суда в части взыскания убытков и изменила в части распределения судебных издержек.
Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам от 24 октября 2018 г. N 33-6736/2018
4.3. Приказ Минздрава России от 29 ноября 2012 года N 987н "Об утверждении перечня тяжёлых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире" наделяет инвалидов, страдающих такими заболеваниями, правом на дополнительную жилую площадь, а не правом на предоставление вне очереди жилого помещения по договору социального найма.
М., действующая в интересах несовершеннолетней П., обратилась в суд с иском к администрации МО "Северодвинск" о предоставлении жилого помещения. Требования мотивировала тем, что проживает с дочерью П. и матерью в комнате в коммунальной квартире. Дочь имеет заболевание, дающее право на дополнительную жилую площадь. В 2018 году семья истца в составе двух человек признана малоимущей, поставлена на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях, однако в предоставлении жилья ответчик отказывает.
Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии у семьи истца права на предоставление жилого помещения во внеочередном порядке по основаниям, предусмотренным п. 3 ч. 2 ст. 57 ЖК РФ, то есть как семье, имеющей в составе лицо, страдающее тяжелой формой хронического заболевания, при котором совместное проживание с ним в одной квартире невозможно, указанного в перечне, утверждаемом уполномоченным Правительством Российской Федерации органом.
Судебная коллегия с выводами суда не согласилась, указав, что они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.
Пунктом 3 ч. 2 ст. 57 ЖК РФ установлено, что вне очереди жилые помещения по договорам социального найма предоставляются гражданам, страдающим тяжёлыми формами хронических заболеваний, указанных в предусмотренном п. 4 ч. 1 ст. 51 Кодекса перечне.
Такой перечень был утверждён постановлением Правительства Российской Федерации от 16 июня 2006 года N 378 "Об утверждении перечня тяжёлых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире" и действовал до 1 января 2018 года.
В настоящее время действует приказ Минздрава России от 29 ноября 2012 г. N 987н "Об утверждении перечня тяжёлых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире". Данный Перечень заболеваний наделяет инвалидов, страдающих ими, правом на дополнительную жилую площадь.
Пунктом 9 Перечня в качестве основания для возникновения права на дополнительную жилую площадь предусмотрено заболевание с кодом G80, которое установлено у П.
Таким образом, материалами дела не подтверждается, что несовершеннолетняя П. имеет заболевание, входящее в Перечень тяжёлых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире, и дающее право на внеочередное предоставление жилого помещения.
Судебная коллегия отменила решение суда и приняла по делу новое решение, которым отказала в удовлетворении исковых требований.
Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам от 19 декабря 2018 г. N 33-8187/2018

Раздел II. Процессуальные вопросы

Подраздел 1. Принятие встречного искового заявления

1.1. При соответствии встречного искового заявления условиям, установленным ст. 136 ГПК РФ судья не вправе отказать в его принятии. Иное будет нарушением права на судебную защиту и доступа к правосудию.
ПАО "Сбербанк" обратилось в суд с иском к Гурьеву С.П., Безиной Е.В., Тюрину С.В., Вахрушеву М.Г. о расторжении кредитного договора, взыскании с ответчиков задолженности в солидарном порядке и обращении взыскания на предмет залога. Требования мотивировали тем, что ответчики свои обязательства по заключенному сними кредитному договору не выполняют, а Вахрушев М.Г. и Тюрин С.В. являются поручителями.
Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что обстоятельства, указанные истцом в основание иска подтверждены материалами дела.
Судебная коллегия с данными выводами не согласилась, указав, что при вынесении решения суд неверно применил нормы процессуального права
В соответствии со ст. 137 ГПК РФ ответчик вправе до принятия судом решения предъявить к истцу встречный иск для совместного рассмотрения с первоначальным иском.
В силу ст. 138 ГПК РФ судья принимает встречный иск в случае, если встречное требование направлено к зачету первоначального требования; удовлетворение встречного иска исключает полностью или в части удовлетворение первоначального иска; между встречным и первоначальным исками имеется взаимная связь и их совместное рассмотрение приведет к более быстрому и правильному рассмотрению споров.
Представителем ответчика Вахрушева М.Г. - Варламовой О.А. был заявлен встречный иск к ПАО "Сбербанк" о признании недействительным договора поручительства.
Предъявление встречного искового заявления свидетельствовало о несогласии Вахрушева М.Г. с заявленным к нему требованием и могло изменить результат рассмотрения спора по настоящему иску, следовательно, между встречным и первоначальным исками имелась взаимная связь.

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. "настоящему" следует читать как "названному"

Ссылаясь на нецелесообразность принятия встречного искового заявления и отказывая в его принятии, суд не учел, что предъявленное Вахрушевым М.Г. исковое заявление полностью соответствует условиям, изложенным в ст. 138 ГПК РФ.
В данном случае отказ в принятии встречного искового заявления нарушил принцип равноправия сторон.
Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам от 11 декабря 2018 г. N 33-7787/2018

Подраздел 2. Восстановление пропущенных процессуальных сроков.

2.1. Получение копии определения судьи о возвращении кассационной жалобы за пределами срока кассационного обжалования при том условии, что изначально кассационная жалоба была подана в установленный законом шестимесячный срок, является уважительной причиной для несвоевременной подачи кассационной жалобы и является основанием для восстановления пропущенного процессуального срока.
Вельган М.Я. обратился в суд с заявлением о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу кассационной жалобы на решение мирового судьи от 25 апреля 2017 г. и апелляционное определение Котласского городского суда от 12 июля 2017 г. по гражданскому делу по иску Вельгана М.Я. к МИФНС N 1 о возврате излишне уплаченного налога на доходы физических лиц. Требования мотивировал тем, что процессуальный срок на подачу кассационной жалобы пропущен по уважительным причинам. Кассационная жалоба, поданная в президиум в пределах шестимесячного срока была возвращена без рассмотрения по существу определением судьи, которое получено за пределами срока для кассационного обжалования. Исправить допущенные недостатки кассационной жалобы или подать заново кассационную жалобу в установленный законом срок он не мог.
Отказывая в восстановлении пропущенного процессуального срока, суды первой и кассационной инстанций исходили из того, что заявителем не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии причин, объективно исключающих возможность подачи им кассационной жалобы в установленный шестимесячный срок.
Президиум Архангельского областного суда с выводами судов не согласился, указав, что перечень уважительных причин (части 4 статьи 112 ГПК РФ), при наличии которых пропущенный процессуальный срок может быть восстановлен, не является исчерпывающим.
Уважительными причинами могут быть признаны не только обстоятельства, относящиеся к личности заявителя, но и обстоятельства, объективно препятствовавшие лицу, добросовестно пользующемуся своими процессуальными правами, реализовать право на обжалование судебного постановления в установленный законом срок. При этом суд также должен учитывать и необходимость для лица, получившего судебный акт, разумного срока для ознакомления с ним и для подготовки документа.
Получение Вельганом М.Я. копии определения судьи о возвращении кассационной жалобы за пределами срока кассационного обжалования при том условии, что изначально кассационная жалоба была подана им в установленный законом шестимесячный срок, является уважительной причиной для несвоевременной подачи кассационной жалобы, поскольку данное обстоятельство объективно исключало возможность своевременного обращения в суд с кассационной жалобой.
Президиум Архангельского областного суда пришел к выводу о том, что отказом в восстановлении пропущенного процессуального срока подачи кассационной жалобы нарушено право Вельгана М.Я. на судебную защиту, а причины пропуска им срока подачи кассационной жалобы в суд кассационной инстанции являлись уважительными.
Постановление президиума Архангельского областного суда от 24 октября 2018 г. N 44г-0088/2018

Подраздел 3. Вопросы районных (городских) судов

3.1. Выдается ли судебный приказ по требованию о взыскании денежных средств по договору займа, в случае, если такой договор заключен в дистанционной форме?
В случае, если договор займа, как и заявление на предоставление займа, подписаны электронной подписью (с использованием SMS-кода, направляемого на мобильный телефон заемщика), требования займодавца о взыскании с заемщика денежных средств не подлежат разрешению по правилам приказного производства.
При указанных обстоятельствах займодавец не может представить суду надлежащие доказательства того, что именно заемщик является абонентом указанного телефонного номера и владельцем соответствующей банковской карты.
Согласно п. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.
Договор займа является реальным и считается заключенным с момента передачи денежных средств. В подтверждение заключения договора займа и его условий может быть представлена расписка или иной документ, подтверждающий передачу денежной суммы.
При указанных в вопросе обстоятельствах факт передачи денежных средств заемщику каким-либо способом не подтвержден доказательствами, как и то обстоятельство, что денежные средства перечислены заемщику на его банковскую карту.
Недоказанность передачи указанных в договоре денежных средств именно заемщику не позволяет сделать вывод о том, что договор займа, совершенный с использованием SMS-кода, направляемого на мобильный телефон заемщика, заключен.
Данное обстоятельство свидетельствует о наличии спора о праве займодавца требовать возврата денежных средств.
3.2. За какой период может быть проведена индексация взысканных судом денежных сумм в порядке статьи 208 ГПК РФ?
Согласно ч. 1 ст. 208 ГПК РФ по заявлению взыскателя или должника суд, рассмотревший дело, может произвести индексацию взысканных судом денежных сумм на день исполнения решения суда.
Данная норма выступает процессуальной гарантией защиты имущественных интересов взыскателя и должника от инфляционных процессов в период с момента вынесения судебного решения до его реального исполнения.
Механизм индексации взысканных по судебному решению денежных сумм направлен на поддержание покупательной способности данных сумм, не является мерой гражданской или иной ответственности и применяется вне зависимости от вины лица, обязанного выплатить денежные средства, в задержке в их выплате. Единственным основанием для индексации взысканных сумм является их обесценивание на день фактического исполнения решения суда.
Таким образом, в порядке ст. 208 ГПК РФ судом рассматриваются заявления об индексации относительно денежных сумм, уже взысканных по решению суда, реальное исполнение которых задержалось на определенное время.
Индексация присужденных судом сумм, выступающая в качестве механизма, позволяющего полностью возместить потери взыскателя от длительного неисполнения судебного решения, производится с момента присуждения судом денежных сумм до дня фактического исполнения решения суда.
Сумма индексации рассчитывается исходя из индекса потребительских цен субъекта по месту жительства взыскателя. Так, если взыскатель проживает на территории Архангельской области, в качестве коэффициента индексации применяется индекс потребительских цен в Архангельской области.
При этом в силу ч. 1 ст. 199 ГПК РФ моментом присуждения денежных сумм является день вынесения судебного акта, которым эти суммы были взысканы, поскольку процессуальные аспекты, связанные со вступлением решения суда в силу, лишь служат гарантией соблюдения его законности, не влияя при этом на права участников спора, в отношении которых был вынесен акт правосудия, подтвердивший на дату своего принятия существование соответствующего права.